Игроки: Аврора.
Место: Таннарат, морской путь в Вермилон.
Время: сентябрь 1414г
Сюжет:
Сумерки легли на город тяжёлым солёным покрывалом: гавань дышит скрипом мачт и плеском волн, фонари бросают на воду пятна пролитого золота, а тени прячут в узких переулках чужие секреты.
Всё здесь припорошено пеплом — старых историй, забытых имён и разбитых надежд.
В таверне «Ржавый якорь» шумит портовый люд: кто-то спорт, кто-то просто пьёт дешевое пойло, а в полумраке между столами двигается рыжая девушка с серебряными глазами. Она ещё не знает, что каждый её шаг тревожит этот пепел — и из‑под него вот‑вот проступит то, что её разум старательно спрятал от неё самой. Её прошлое...
Возможность присоединения игроков: по согласованию.
История Авроры началась в далёком 1391 году. В одной из прибрежных деревень, каких в Айсгардском герцогстве имелось не мало, в самой обычной хижине в тяжких муках пришло на свет дитя. Повитуха, принявшая младенца у роженицы в первый миг решила было, что ребёнок мёртв: малышка не кричала, не шевелилась, кожа была синюшного цвета. И старуха лишь ради порядка перевернула маленькое тельце вниз головой. Хлопнула пару раз по нему ладонью, не надеясь на результат и, едва не выронила от неожиданности когда убогую хижину огласил слабый младенческий писк. Девочка шевельнула ручками словно протестуя против такого отношения к себе и повитуха поспешила завернуть её в чистую тряпицу, а затем протянула измученной матери. Уже в тот самый миг стало ясно, что жажда жизни у этого человечка безмерная.
Аврора, так назвали малышку, разительно отличалась от всех соплеменников и выделялась на их фоне, как золотая монета среди медяков. Ярко-рыжие волосы, больше похожие на языки пламени и серые глаза со странным серебристым отливом, который особенно хорошо был заметен при лунном свете. И даже родители не могли понять, в кого их дочь такой уродилась. Особо злые и завистливые языки шептались за спиной, что мать мол, просто-напросто нагуляла дитя неизвестно от кого. Но родители малышки старались не обращать на чужие пересуды. Как известно, на чужой роток не накинешь платок. И продолжали жить, как прежде, воспитывая свою дочь в любви и труде.
Когда Авроре исполнилось шесть лет, отец выстругал ей деревянный меч и постепенно стал учить её сражаться.
"Мы живём в смутное время, и ты должна уметь постоять за себя" – частенько говаривал родитель, гоняя дочку по двору до седьмого пота, пока та не начинала падать от усталости.
Мать жалела девочку, но понимала, что эта наука возможно когда-нибудь спасёт ей жизнь. Ведь они жили не только в смутное время, но и ещё в неспокойном месте. Время от времени происходили стычки между поселениями. Несколько раз бывало так, что на их деревню нападали мелкие разбойничьи шайки, и тогда все жители объединялись, совместными усилиями давая отпор пришлым.
Нрав у Авроры оказался совсем не девчоночьим, под стать внешности. Смелая, сильная и задиристая, она быстро завоевала уважение среди своих друзей. С ними частенько отправлялась в набеги на соседнюю деревню, где они дрались с местными мальчишками. В основном именно она и организовывала эти вылазки, дерясь на равне с остальными ребятами.Беда пришла неожиданно. Авроре тогда исполнилось уже шестнадцать лет. Из тощего и долговязого подростка она превратилась во вполне миловидную девушку с огненно-рыжей гривой волос и острым языком.
В том году весна пришла рано, унося звенящими ручьями снег и холод, быстро уступила место жаре и местная ребятня часто наведывалась в ближайший лес.
В тот роковой день, разделивший жизнь на до и после они с самого раннего утра отправились на озеро, наловить рыбы, да накупаться вволю в пресной и успевшей прогреться воде. С ними отправилась и Аврора, присмотреть за непоседами. Заводь, в которой они рыбачили, пряталась в лесной чаще, надёжно сокрытая от посторонних глаз. О ней знали только местные, и ребята совершенно не боясь чужаков спокойно проводили там своё время.
Время перевалило уже за полдень когда по лесу потянулся запах гари, и Аврора тревожно принюхалась. Неужто пожар в деревне? По такой жаре это было неудивительно, и всё же какое-то внутреннее чутьё ей подсказывало, что случилась беда похуже. Все переживали о своих близких и рвались вернуться как можно быстрее домой, но девочка велела своим друзьям оставаться в безопасном месте, пока она за ними не вернётся.
Со всех ног, насколько позволяли едва видневшиеся тропинки, Аврора спешила домой, и чем ближе была деревня, тем сильнее становился запах гари, к которому стали примешиваться отчаянные крики людей. Густой подлесок не давал разглядеть, что происходит, и лишь вылетев на опушку леса девушка застыла, поражённая страшной картиной, что открылась её взору. Небо над полыхающими крышами домов заволокло чёрной пеленой дыма. Тут и там лежали в лужах собственной крови тела односельчан и отец девочки, изрубленный едва ли не на куски. Из полыхавших сараев доносился истошный визг заживо горящей живности. И среди всего этого ужаса хозяйничали пираты, сгоняя в одну кучу всех, кто сумел уцелеть.
Оцепеневшую от ужаса Аврору заметил один из головорезов.
— Так-так, кто это у нас тут?
Он не церемонясь схватил девочку за шиворот, словно котёнка и двинулся к окраине деревни, куда согнали пленников. Там же находилась и большая часть нападавших, среди которых разительно выделялся один. Предводитель морских разбойников был похож на здоровенного лесного медведя. Такой же страшный и злобный, чьё лицо пересекал безобразный шрам, задиравший правый уголок губы в жутком оскале. В доспехах из чёрной кожи, словно сам Хаккар ему был братом, он производил гнетущее впечатление.
Головорез бросил девчонку на землю, словно это был мешок с травой и смачно сплюнул следом.
— Эй, Клаус, глянь какая малышка. Хорошие деньги за неё выручим. Курочка небось ещё не топтаная петушком!
Пираты с интересом наблюдали за происходящим и дружно заржали когда их приятель решил блеснуть остроумием. Названный же Клаусом едва удостоил девочку взглядом и презрительно махнул рукой в её сторону.
— Слишком дохлая и рыжая. На такую не польстится даже самый закоренелый извращенец. Перережьте ей горло и уходим отсюда. На сегодня нам достаточно добычи.
Рора лежала не шевелясь, хоть и больно ударилась плечом о лежащий на земле камень и лишь возносила молитвы всевышнему, чтобы друзья не вздумали вернуться в деревню, и искренне надеялась, что хотя бы они спасутся. Участь остальных, кто сумел уцелеть в кровавой резне была предрешена. И неизвестно, кому повезло больше, пока ещё живым или тем, кто уже мёртв.
Девочка зажмурилась, и сцепив зубы не проронила ни слова(не дождутся они от неё слёз), когда чья-то рука вновь схватила её за шиворот поднимая на ноги и запрокидывая ей голову, когда внезапно слух девочки резанул нечеловеческий вопль. Лезвие, уже прижавшееся к её горлу дрогнуло, оцарапав кожу и она открыла глаза. Мать Авроры билась в грубых руках здоровенного мужика словно волчица. Кусалась, лягалась, не в силах смотреть как убивают её ребёнка.
— Будь ты проклят! Проклинаю тебя всем тем злом, что ты причинил! Пророчу тебе, сгниёшь скоро так же, как сгнило твоё чёрное сердце! – женщина расхохоталась жутким зловещим хохотом и Аврора вдруг отрешённо подумала, что мама от горя тронулась умом. – Твоя смерть уже совсем рядом, и умирать будешь страшно! Бойся теперь собственной тени!
Клаус, в чей адрес летели проклятия и пророчества, подошёл к несчастной матери и та не сдерживаясь плюнула ему в лицо и снова выкрикнула: – Будь ты проклят!
— Забирай своё проклятие с собой, ведьма... – прошипел мужчина и всадил ей нож в живот медленно делая разрез до грудной клетки. – Ты ошиблась и видела свою смерть.
Дальнейшее Аврора помнила смутно, будто всё происходило во сне и вовсе не с ней. Она видела, как хлынула кровь из раны окрашивая платье алым. Как мама повисла на руках своих мучителей и этот ублюдок отёр свой кинжал о чистый рукав её платья и заткнул снова за пояс.
Никто не ожидал от тщедушной девчонки того, что произошло потом. Словно стрела, сорвавшаяся с натянутой тетивы она преодолела разделявшее их расстояние и прыгнула на спину предводителю разбойников. В занесённой руке блеснуло лезвие отцовского ножа, который она всегда носила с собой, готовое вонзиться в шею душегуба.
К сожалению, удар не достиг своей цели. Звериное чутьё мужчины подсказало о грозящей опасности и он успел увернуться от девчонки, а в следующее мгновение на неё обрушился мощный удар, почти выбивая дух из тощего тельца.
Пленники потрясённо молчали, наблюдая за разыгравшейся трагедией на их глазах. Как и окружавшие их разбойники. И лишь мгновение спустя раздался голос проворонившего Аврору головореза:
— Клаус, я не ожидал... Прости. Я сейчас добью эту девчонку, – и двинулся было в сторону лежавшей без сознания девочки.
— Я передумал. Скрути её покрепче, и на корабль, – мрачно усмехнулся вожак.
— Будет интересно приручить эту дикую кошку. И чтобы пальцем её никто не тронул.***
Последовавшие за этим событием годы стали для Авроры настоящим кошмаром. Вернувшись на корабль главарь разбойников надел на девушку ошейник и велел посадить её в стоявшую на палубе клетку. Как дикого зверя, где уже сидел огромный пёс и дав ей толстую дубину как единственное оружие для своей защиты. Каждый вечер Клаус собственно ручно кидал в клетку объедки и забавлялся тем, как она вынуждена была почти голыми руками сражаться за каждый кусок скудной пищи со своим соседом по неволе. Неудивительно, что через непродолжительное время всё тело Авроры стали покрывать раны от зубов и когтей. Наблюдая за происходящим садист упивался своей властью и безнаказанностью, тогда как её ненависть к нему росла с каждым днём, а жажда мести не позволяла сойти с ума и окончательно не превратиться в такого же зверя, как соседствовавший с ней облезлый, худой и злющий пёс.
Спустя несколько месяцев плавания и издевательств Клаус посчитал, что достаточно сломил волю дикарки, велел вытащить её из клетки, отмыть от грязи и корок. Но лишь затем, чтобы посадить её на короткую цепь в собственной каюте и при малейшем неповиновении сам избивал её до полубессознательного состояния.
На глазах Авроры происходило многое, чего и взрослому иной раз не доведётся увидеть. Пытки, пьяные оргии и разврат. Особенно Клаусу нравилось делать последнее на её глазах.
Каждый раз притаскивая очередную женщину он требовал, чтобы пленница не сводила с них глаз во время совокупления, а в случае неповиновения снова жестоко избивал.
Авроре исполнилось восемнадцать лет. За прошедшие годы она превратилась в красивую девушку и как ни старалась спрятать свои округлившиеся формы под теми лохмотьями, что назывались одеждой, Клаус всё же рассмотрел их. И однажды вечером в их каюту двое пиратов внесли большую бочку, которую наполнили горячей водой. Вошедший следом убийца её родителей медленно подошёл к девушке, разомкнул ненавистный ошейник, а затем сунул ей в руки свёрток внутри которого оказалось мыло, тряпица для мытья, полотенце, гребень и простая, но чистая туника.
— Вымойся как следует и приведи волосы в порядок. А вздумаешь дурить, то я тебя убью, – спокойно произнёс мужчина и зажёг свечу на столе. – Когда она догорит до половины, я вернусь и ты уже должна ждать меня в постели.
В распоряжении Авроры было целых два часа, но мысли о побеге она оставила уже давно. Да и куда можно сбежать, когда вокруг лишь вода. За прошедшие годы девушка ни разу не ступала на сушу и почти забыла, каково это, когда под тобой твердая земля. Но это не значило, что она смирилась. Вовсе нет. За это время она стала гораздо умнее и хитрее. У неё было много времени для размышлений, она сумела выстроить четкий план для осуществления своей мести. И сегодня она начнёт превращать его в жизнь.
Девушка со стоном наслаждения забралась в горячую воду. Как долго она мечтала вымыться как следует, с мылом, промыть и расчесать свои длинные волосы и вновь стать похожей на человека. На одну из тех женщин, которых часто таскал её тюремщик.Аврора откинулась на край бочки и закрыла глаза, вспоминая всё, что происходило между Клаусом и его партнёршами. Были конечно такие, которых он притаскивал силой, почти так же, как и её. Но это бывало нечасто. По большей части женщины добровольно отдавались этому мужчине и их бесстыдные стоны слышали наверняка даже на суше, и тогда в такие моменты она начинала испытывать двоякие чувства. С одной стороны ей было противно наблюдать за этим, а с другой она сама почему-то хотела оказаться на их месте.
Пальцы девушки прошлись по распаренной коже, коснулись собственных сосков, мгновенно напрягшихся и ставших острыми. Вместе с этим внизу разлилась горячая волна и Аврора едва не вскрикнула от новых ощущений когда продолжила экспериментировать с собственным телом. Она знала, что Клаус чувствовал, когда женщины притворялись и это его ужасно злило. Поэтому девушка собиралась усыпить бдительность своего тюремщика истинными переживаниями. Убедить его, что она принадлежит ему целиком и полностью. И когда он будет меньше всего ожидать, она нанесёт ему удар. И смерть его будет неимоверно долгой и мучительной. О-о, каждую ночь она в красках представляла себе, как будет резать его, ещё живого, на куски и заставляя молить о пощаде. И лишь насладившись сполна его страданиями, когда её родные будут отомщены, она успокоится.
Движения пальцев чуть ускорились и Авроре пришлось прикусить губу едва сдерживая стон, когда тело прошила острая судорога. Дыхание сбилось и ей понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя от пережитого чувства. Лишь после этого она наконец выбралась из воды и принялась энергично вытираться и расчёсывать сбившуюся в колтуны копну волос, с нетерпением прислушиваясь к шагам снаружи.***
Аврора добилась своего. Долгое время наблюдая за постельными утехами своего тюремщика она изучила каждую его особенность, угадывала каждое его желание и Клаус даже сам не заметил, как стал одержим этой молодой женщиной. Осторожный поначалу, вскоре он доверился Авроре и сделал её своей правой рукой. Хитрая, умная, жестокая, и вместе с этим сильная и красивая. Поначалу все удивлялись, как это из замухрышки и дикарки вдруг смогла получиться такая женщина? Молодые пираты, пополнившие их команду уже после того, как она стала любовницей и идейным вдохновителем, уважали и вместе с тем боялись, даже больше, чем капитана.
И в каждом налёте, в каждой стычке она сражалась бок о бок с ним, и её жестокость не знала границ. Всякая жалость и сочувствие были вытеснены из души и сердца девушки, оставив после себя лишь выжженную пустошь боли и ненависти ко всему живому. Участвуя в нападениях и набегах Аврора неизменно была в маске, и лишь необычные глаза могли особо наблюдательному существу раскрыть истинную личину девушки.Медленно и терпеливо, шаг за шагом молодая разбойница приближалась к своей цели, постепенно сосредотачивая силу и поддержку команды в своих руках. И однажды наступил день её триумфа. Им попалась особо удачная рыбёшка, чей хозяин решил сэкономить на сильном сопровождении. Трюмы этого корабля просто под завязку оказались забиты дорогим товаром, да так, что он едва не зачерпывал бортами воду. При такой осадке быстроходному каперскому судну не составило никакого труда догнать свою жертву, и вскоре большая часть добра перекочевала на пиратский корабль, тогда как оставшаяся пошла ко дну вместе с кораблём и командой. Но даже то, что удалось впихнуть в их трюмы, вполне хватило бы, чтобы несколько месяцев каждый из их головорезов мог не задумываясь прожить в каком нибудь борделе.
Клаус решил высадиться на одном из затерявшихся островков и отметить это событие грандиозной попойкой. Той ночью до самого утра вино лилось рекой, на огромных кострах жарилось мясо. И лишь верные Авроре люди не участвовали в этой вакханалии пьянства и разврата. По приказу девушки они установили вокруг их шатра оцепление, никого не подпуская ближе, чем на десяток шагов. Всё было, как обычно, для окружающих считавших, что их предводитель снова развлекается со своей фавориткой.
И в общем-то так оно и было, в первый час. Несмотря на всю свою ловкость, силу и мастерство владения оружием, Аврора не могла соперничать с Клаусом в открытом противостоянии. Он всё ещё был сильнее физически и опытнее озлобленной девчонки. И тогда на помощь ей пришла хитрость, которую она задумала уже очень давно. В самый разгар их близости девушка надела повязку на глаза своему любовнику. Мужчина дернулся, в попытке её снять, ему всё же не нравилось терять контроль над обстановкой, но разбойница удержала его руки и нежно промурлыкала на ухо не переставая двигаться:
— У меня для тебя сюрприз, господин мой. Тебе понравится, обещаю...
Аврора в позе наездницы крепче сжала его бедра, немного ускорила темп и Клаус успокоился, сосредоточившись на приближающейся разрядке, как вдруг на его запястьях защелкнулись стальные браслеты. Мужчина рванулся, но оковы надежно удерживали его руки, лишая свободы движений, и тогда впервые его охватила легкая паника, переросшая в страх, когда девушка внезапно остановилась и слезла с него.
— Рора... – он настороженно прислушивался к звукам, раздавшимся вокруг него и начинал нервничать всё больше. – Рора, что ты делаешь? Отпусти меня, немедленно.
В окружавшей его тишине, нарушаемой лишь далёкими пьяными воплями и треском горящих факелов раздавшийся женский смех прозвучал особенно зловеще.
— Потерпи милый, скоро узнаешь.
А вслед за этим он почувствовал как на его щиколотках тоже сомкнулся холодный металл, и только тогда с него наконец сняли повязку. Он увидел свою любовницу, в чьих руках был рабский ошейник, который украшал её шею несколько лет назад. В пустых глазах плескалось абсолютное равнодушие.
— Узнаёшь это украшение, господин мой? Я берегла его для тебя. Примерь пожалуйста.
Женщина аккуратно приподняла его голову и защёлкнула тяжёлое кольцо, которое плотно обхватило его шею мешая нормально дышать. Положение усугубил кляп, ловко вставленный в рот и мешавший произнести что либо. Всё, что оставалось пленнику, это только лишь беспомощно дёргаться и мычать.
Оставив на некоторое время в покое своего пленника, Аврора прошлась по шатру, давая ему лучше разглядеть своё обнажённое тело, украшенное страшными шрамами. На мгновение остановилась у низкого столика чтобы подхватить изящный серебряный кубок с вином и тонкий кинжал, и вновь вернулась к бывшему любовнику. Возвышаясь над ним она отпила немного вина пролив несколько капель на грудь. Позволила бордовым ручейкам сбежать по коже вниз, словно это был не виноградный напиток а горячая кровь. В следующее мгновение бокал был отброшен в сторону и пленник вздрогнул от того, что промелькнуло во взгляде его любовницы.
— Приступим, пожалуй, – она стёрла пальцем сладкий напиток со своей кожи и облизав его хищно улыбнулась. Клинок в её руке коснулся груди Клауса, прочертив кровавую дорожку и он забился в бесплодной попытке освободится. – О, милый, ты чего так испугался? Подумаешь, царапинка. Это не больно. Потерпи, сейчас будет гораздо приятнее. С чего бы начать, как думаешь? О, не подсказывай, я знаю.
Женские пальцы прошлись по груди, почти что лаская и ухватили его правый сосок. Сосредоточенно, словно скульптор резцом, она обвела кончиком ножа вокруг него делая надрез, а затем одним точным движением и вовсе срезала тёмную кожу, оставляя кровоточащую рану. Пленник взвыл, но кляп не позволил ему издать громкий звук, а Аврора отстранившись от него придирчивым взглядом осмотрела творение своих рук. Недовольно качнула головой.
— Нет, так не пойдёт. Их у тебя два, а я срезала лишь один. Нужно исправить.
Второй сосок постигла участь первого, и женщина удовлетворённо улыбнулась.
— Так-то лучше. Но ещё недостаточно. Я сделаю тебя самым красивым мужчиной на свете.
Тихо напевая незамысловатую песенку разбойница принялась вновь писать своё полотно. До рассвета у неё было много времени, и она никуда не торопилась, скрупулёзно работая над бьющимся телом и воплощая в жизнь задуманное ею очень давно. Несколько раз её бывший мучитель терял от боли сознание и тогда ей приходилось прерывать своё занятие, ожидая, когда он очнётся. Он должен был чувствовать всё, что она с ним делала, а иначе, какое же это удовольствие?
Солнце уже всходило, освещая своими лучами уснувший лагерь, когда Аврора сполна насладилась местью и удовлетворённым взглядом обвела своё творение. Всё его тело покрывали затейливые кровавые узоры, на месте кистей и стоп лишь обрубки, а то чем он так гордился теперь валялось на полу кровавым куском мяса, а чтобы пленник не истёк кровью раньше времени она перевязала оставшиеся культи тонким шёлковым шнурком. Он больше не дёргался и не пытался орать, и лишь крупные слёзы катились из его глаз.
Аврора наконец вынула кляп ему изо рта и до её ушей донеслось едва слышное:
— Убееей... Пожалуйста...
— Ну, раз ты так просишь... равнодушно пожала плечами Аврора, – я выполню твою просьбу. Заодно посмотрю, есть ли у тебя вообще сердце, или вместо него камень.
Она аккуратно разрезала мышцы между рёбер и раздвинула руками кровоточащую рану.
— Ну надо же, действительно сердце. Я удивлена. Сейчас покажу тебе.
Женские пальцы скользнули внутрь грудной клетки и пленник завыл, чувствуя как стискиваются они вокруг его трепещущего органа и безжалостно его вырывают. Последним в этой жизни он видел, как женщина которую он полюбил, с наслаждением целует его кровоточащее сердце. Проклятие несчастной матери сбылось.***
Смену власти большая часть пиратов восприняла спокойно. Аврора ещё раньше всем доказала, что способна управлять кораблём и ими жёсткой рукой. Но были и те, кто поддерживал Клауса, а потому затаил на неё злобу, и девушка это понимала. Она окружила себя самыми верными людьми, ни на миг не ослабляя бдительность. Хитрая, умная изворотливая, она организовывала отчаянные и дерзкие налёты. И неизменно выходила из них с богатой добычей и всеми людьми.
Почти четыре года она бороздила морские просторы не зная ни сочувствия, ни жалости, ни любви. Но однажды и её сердце дало слабину. Как-то раз они возвращались на корабль после того, как удачно сплавили награбленное в одном крупном городе. Настроение у всех было великолепное. Нынче их карманы оттягивала приличная кучка золотом и они уже предвкушали, кто и куда потратит свою долю. До побережья оставалось не так и далеко, когда на лесной тропе они заметили лежавшего человека и огромного волка. Зверь был мёртв, о чём красноречиво свидетельствовал кинжал, застрявший в его глазнице. Незнакомец на первый взгляд тоже, но вскоре осмотр показал, что он всё ещё жив. Вся его одежда превратилась в кровавые лохмотья, продолжая стремительно пропитываться тёмными пятнами.
Пока раненого осматривали, Аврора молча наблюдала за происходящим со своей лошади не в силах отвести взгляд от раненого. Его мужественное лицо носило признак аристократичности. Прямой нос с тонкими крыльями, красиво очерченный рот и густые брови цвета дикого меда. Светлые длинные волосы слиплись от крови. Мужчина казался совсем молодым.
— Рора, что с ним делать? – чей-то вопрос вырвал девушку из размышлений. – Давай перережем ему горло, чтобы не мучился, да закопаем под той осиной.
— Нет, – хриплым голосом ответила говорившему пиратка, – На корабль его, и лекаря приставить. Умрёт, головы со всех сниму.
Никто Авроре перечить не смел. Лекарь не отходил от раненого ни днём ни ночью, и вскоре он пошёл на поправку. Едва окрепнув, он часто проводил время на носовой части корабля с задумчивым видом, и наблюдая за ним Аврора всё чаще ловила себя на мысли, что ей нравится этот молодой человек который представился как Демиан.
Она сама не заметила, как они сблизились, всё чаще проводя время вместе. Ей нравилось в нём всё. Как он смеётся, как молчит, как занимается с нею любовью. Впервые она ощущала себя женщиной. Желанной, любимой. Ей хотелось весь мир кинуть к его ногам ради одной только улыбки. Впервые её захотелось завязать со своим ремеслом ради тихого семейного счастья. О чём и сообщила однажды ночью своему избраннику. На море уже вторые сутки царил полный штиль, и им пришлось встать на якорь в устье реки. Пользуясь моментом, пираты разбили лагерь на берегу. Таким образом Аврора со своим возлюбленным и оказались на суше, а не на корабле.
— Я рад, что ты наконец решилась, – проговорил наконец после непродолжительной паузы Демиан. – Мы можем уехать с тобой туда, где нас никто не знает. Купить дом, обзавестись каким нибудь делом.
Мужчина приподнялся на локте и посмотрел на Аврору, осторожно сдвинув прядь волос с её лица и задал неожиданный вопрос.
— Ты давно гуляла под луной, одна, без свиты? Я хочу всё сделать по-человечески, создать романтическое настроение, где будем только мы. Ты и я. Просить твоей руки на глазах всех твоих головорезов то ещё занятие.
— Я думаю, это не очень хорошая мысль, – девушка тревожно улыбнулась, – у меня много врагов.
— Да ладно тебе, Всемогущая Аврора испугалась? – обезоруживающе улыбнулся мужчина, – И потом, я ведь буду рядом и не дам тебя в обиду. Давай, решайся. Или струсила?
Ну нет, трусихой её давно никто не называл, и сейчас она этого не позволит, даже своему любимому. Она выскользнула из тёплой постели и направилась к стойке с доспехами.
— Аврора, ты на войну собралась или на недолгую прогулку по берегу реки? – раздался насмешливый голос из полумрака. Демиан закинув руки за голову наблюдал за передвижениями девушки по шатру.
— Надень своё самое красивое платье, какое у тебя есть, – он встал наконец с ложа и приблизившись нежно обнял, целуя Аврору в шею за ухом и прошептал, – Хочу, чтобы моя женщина была самой красивой в эту ночь.
И Аврора уступила, облачившись в бархатное платье винного цвета, сверху накинув плащ.Патрульный очень удивился, когда увидел атаманшу, покидающую лагерь в сопровождении лишь одного человека, но перечить не посмел. Ей самой виднее куда и с кем ходить.
Ночной лес встретил пару зловещим шёпотом листвы и стрекотом насекомых. Хотя март почти закончился, но всё ещё было достаточно прохладно, и Аврора поёжилась плотнее заворачиваясь в плащ, и чем глубже в лес они заходили, тем становилось холоднее. Демиан крепко держал девичью ладонь в своих пальцах, уверенно пробираясь к одному ему известному месту и вскоре деревья расступились открыв вид на заливаемый лунным светом отвесный берег.
Подведя спутницу к самому краю, мужчина ласково обнял её, спиной прижимая к своей широкой груди.
— Смотри Рора, какая красота, – он указал на светящуюся дорожку на бурлящей внизу воде. – Смертельная, правда? Если туда упасть, то острые камни под водой изувечат твоё тело, не оставив ни единого шанса на спасение. Никто даже не сможет опознать тебя.
— Я думала, ты привёл меня сюда, чтобы просить стать твоей женой. К чему эти разговоры о смерти?
Девушка попыталась освободиться, но Демиан держал её крепко, не давая отстранится и молчал.
— Нет, ты не за этим меня сюда привёл... – страшная догадка внезапно открылась Авроре и она вновь рванулась из стального капкана рук. – Кто ты?!
— А ты ещё не догадалась? – холодно усмехнулся мужчина. – Думаю, ты сама спросишь у него, на том свете, если он конечно существует.
Смертельные объятия разомкнулись и Аврора почувствовала толчок в спину, а затем быстрое падение, сопровождаемое лишь её коротким вскриком.***
Спустя сутки Аврору нашёл деревенский рыбак, решивший проверить свои сети. Поначалу он принял её за мёртвую, чьё лицо даже невозможно было разглядеть из-за покрывавших его многочисленных синяков, ссадин и порезов. Длинные рыжие волосы спутались в один колтун вперемешку с водорослями. Некогда роскошное платье превратилось в лохмотья.
Парень осторожно приблизился и коснулся шеи пострадавшей, пытаясь нащупать бьющуюся венку. Не сразу, но он всё же уловил едва слышное биение. Женщина была жива, но как долго она протянет ещё, и сможет ли вообще выжить? Под колтуном виднелась глубокая рана, из которой продолжала медленно сочиться кровь. Внезапно пострадавшая издала еле слышный стон и снова затихла. Сердце мужчины дрогнуло. Соорудив из сетей и двух жердей волокушу, он осторожно положил почти безжизненное тело на них и отправился в родную деревню попутно вознося молитвы всем богам каких только мог вспомнить. Глядишь, кто нибудь и откликнется.
Никто не мог взять в толк откуда в их округе появилась таинственная незнакомка. Её никто не искал, и она сама о себе не могла ничего вспомнить, когда изредка приходила в себя. Ухаживала за женщиной старая знахарка, к которой и определили её на постой. Осмотрев рыжеволосую, старуха сокрушённо цокала и качала головой, считая её уже стоящей на пороге смерти, но спасённая оказалась на редкость живучей. Через неделю она наконец пришла в себя, и тогда выяснилось, что она по-прежнему ничего не может вспомнить. Лишь только имя – Аврора.
Шесть месяцев прожила девушка у целительницы, стараясь посильной помощью отблагодарить добрую женщину. Помогала ей по дому, ходила за водой, убиралась в избе и присматривала за хозяйством, со страхом ожидая наступления ночи. Именно ночью приходила страшная боль которую исцелить лекарке было не под силу. А когда измученной и обессилевшей Авроре всё же удавалось уснуть, её преследовали ещё более страшные кошмары, из-за которых просыпалась со страшными криками и в липком поту.
Пролетела весна, за ней промелькнуло лето и наступила осень, ознаменовавшая себя затяжными дождями. И девушку всё больше и больше тяготила мысль, что она обуза для приютивших её людей. Всё чаще её посещали мысли покинуть деревню, хотя её сердце этого и не хотело. Нужно было учиться жить самостоятельно и самой справляться со своими демонами и проблемами.
Она собрала нехитрые пожитки, которыми её снабдили односельчане, знахарка собрала ей с собой небольшой мешочек с едой и девушка покинула деревеньку, не забыв со всеми тепло попрощаться. Впереди её ждал большой мир со своими опасностями и неизвестность.
Отредактировано Аврора (Воскресенье, 25 октября, 2026г. 18:36:25)
